Частный Клуб

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Частный Клуб » Наша Победа » 5.734.000. изгоев Победы.


5.734.000. изгоев Победы.

Сообщений 1 страница 70 из 86

1

.Основной накопленный материал ЗДЕСЬ.
Переносить сюда и тягостно, и скучно.
Будем просто продолжать
сделанное уже в енотнике.

Отредактировано Катя (20-03-2010 20:31:26)

+2

2

.

Отредактировано Катя (01-05-2009 09:54:08)

0

3

.

Отредактировано Катя (01-05-2009 09:54:25)

0

4

.

Отредактировано Катя (01-05-2009 09:54:43)

0

5

. посмотреть

Отредактировано Катя (26-07-2010 04:58:04)

0

6

kot1303 написал(а):

Кать - о чем тема?..

Здрасьте! Неужели не понятно? О моём отце, например. Он всего три медали успел получить на фронте за 42-43гг. А под Харьковым угодил... Хорошо хоть в Австрию попал. Деревенские австрияки недолюбливали немцев, а эсэсовцев просто ненавидели. Батя говорил что жилось им там относительно неплохо. Окопы рыли, на с/х работах промышляли. Простые австрияки с большим уважением к русским относились. Вот только имя ему пришлось сменить. Быть брюнетом с именем Семён (вполне обычное для сибиряка имя) в немецком плену было небезопасно. Пришлось стать Александром. И я теперь Александрович.

0

7

. Военнопленные

Шестизначные цифры военнослужащих Красной Армии, захваченных немцами в плен в 1941-1942 годах после целого ряда массовых окружений, поистине беспрецедентны. По уточненным данным, на конец 1941 года число советских военнопленных составляло около 3350 тысяч! В середине июля 1942 года их насчитывалось 4717 тысяч, в январе 1943 года - 5004 тысячи, в феврале 1944 года - 5637 тысяч и на 1 февраля 1945 года - 5735 тысяч. Согласно текущим сводкам немецкого командования о числе военнопленных и трофеев, общее число военнопленных и перебежчиков на 21 июля 1944 года насчитывало 5692 тысячи человек. По состоянию на 1 мая 1944 года, несколько меньшую цифру - 5163 тысячи - приводят А.Даллин (Dallin A.J. Deutsche Herrschaft in Russland 1941-1945. Eine Studie uber Besatzungspolitik. Dьsseldorf, 1958), а вслед за ним, - но в более детальном и структурированном виде, - Г.Юбершер и В.Ветте (см. таблицу).

Количество военнопленных, единовременно находившихся в Рейхе, имело выразительную динамику: по состоянию на 20 октября 1941 - 350 тысяч человек, а на 5 ноября 1941- уже 475 тысяч (Arbeitsstab der Organisation Todt fuer russischen Kriegsgefangeneneinsatz. Gez. Henne. Berlin, 5.11.1941 (Bundesarchiv Abteilung Potsdam, 46.03., Nr32, Bl.9,10)). Но их судьба, видимо, не так уж сильно отличалась от судьбы тех, кто был вдали от Германии: и те, и другие интенсивно гибли! Так, в январе 1942 года, по данным К. Штрайта, их насчитывалось всего 318 тысяч. Спустя год, в январе 1943 года, число пленных составило уже 641 тысячу, в январе 1944 года - 739 тысяч, в январе 1945 года - 857 тысяч. Максимум был зафиксирован в декабре 1944 года - 868 тысяч человек (Streit C. Keine Kameraden. Die Wehrmacht und die sowjetischen Kriegsgefangenen 1941-1945. Bonn: Verlag J.H.W.Dietz Nachf, 1991, s.244-245). К концу 1944 года это были практически все наличные, то есть оставшиеся в живых, советские военнопленные, поскольку в зоне Верховного командования сухопутных сил их уже не было, а в Польше и Чехии оставалось не более 60-70 тысяч. Но не следует, конечно, забывать, что около 1 миллиона военнопленных было переведено из плена в различные немецкие соединения и к концу войны, несмотря на все потери, сосредотачивавшиеся в Рейхе 1.

Итак, если исходить из цифры в 5,7 миллиона советских военнопленных, то к концу войны в живых из них оставалось самое большее 2,4 миллиона: остальные 3,3 миллиона (или 57%!) 2 умерли или погибли в плену, причем около 2 миллионов. - до февраля 1942 года. Уцелевшие же распределялись так: статус военнопленного до конца войны сохраняло порядка 0,9 миллиона человек, более 300 тысяч было распущено по домам осенью 1941 года, у генерала Власова и в других коллаборантских (в том числе небоевых) соединениях служило, вероятно, самое большее 0,8 миллиона человек, еще около 0,4 миллиона успешно бежало из лагерей или было освобождено Красной Армией.

Из союзных Германии стран только Финляндия и Румыния держали на своей территории и эксплуатировали труд советских военнопленных. Согласно официальным финским данным, в 1941-1944 годах финны взяли в плен свыше 64 тысяч советских солдат и офицеров. Из них погибло в плену 19 тысяч (или 29,6%), бежало из плена 712 человек (1,1%), осталось у немцев 2 тысячи (3,2%), репатриировано - более 42 тысяч (66,1%).

Аналогичными сведениями относительно Румынии мы не располагаем. Однако известно, что к 1 марта 1946 года из Румынии было репатриировано 133,5 тысячи человек, из них 28,8 тысячи военнопленных и 104,7 тысячи гражданских рабочих. При допущении в условиях Румынии того же уровня смертности, что и в Финляндии, общее число военнопленных в Румынии составляло бы не менее 40 тысяч.

В партизанских отрядах и подпольно-диверсионных группах в Польше, Чехословакии, Югославии, Италии и Франции сражалось, по неполным данным, более 40 тысяч советских граждан.

Таким образом, за границей СССР, но вне зоны компетенции Рейха находилось не менее 140-150 тысяч советских военнопленных. С учетом того, что на территории Рейхскомиссариатов Украина и Остланд весной 1944 года военнопленных практически не было, суммарное количество военнопленных, депортированных за довоенные границы СССР, можно оценить приблизительно в 3,25 миллиона человек. Выявить среди них число тех, кто находился непосредственно в Рейхе, практически невозможно. Но, с учетом данных об умерших и о репатриированных военнопленных, мы можем оценить их число приблизительно в 2,1-2,2 миллиона человек.

    1 - Согласно советским данным, в различных добровольческих соединениях, составленных из представителей различных народов СССР, включая полицейские и вспомогательные формирования, в середине июля 1944 г. насчитывалось более 800 тысячи человек (Гриф секретности снят, М., 1993, с.385). Сюда, очевидно, включены и добровольцы из числа гражданских лиц.

    2 - По данным А. Даллина погибло больше - 3,7 млн. человек, или 63%. Генеральный прокурор СССР Р.А.Руденко в 1969 г. обнародовал еще большую цифру советских военнопленных, замученных и истребленных на оккупированной территории: 3.912.283 человек (Правда, 24.03.1969).

http://www.demoscope.ru/weekly/015/tema03.php

Отредактировано Катя (23-10-2012 12:02:14)

0

8

Катя написал(а):

Бис! Мим!
Нужна ваша помощь в переводе

Это к Андру.
У него с английским гораздо лучше.

0

9

. Форум ребят-поисковиков. Масса материалов!

http://srpo.ru/forum/index.php?topic=2827.0

http://img136.imageshack.us/img136/1561/gefangene1941pg2.gif

Отредактировано Катя (26-07-2010 04:55:13)

0

10

Узник Бухенвальда 34036.
Федор Головин
***
Яков Васильевич Семочкин:                                                                                                     - Перед войной я служил в кадровой, у западной границы, в звании лейтенанта.Начал воевать с первого дня.
                                                                                                            Отходили…                                                                                                                                               
                                                               
     В июле, мы с другом были в разведке и возвращаясь, случайно,
напоролись на немцев.                                                                                        Оторвались…, но в перестрелке его ранили.                                     Пришлось нести на себе его самого и две винтовки.
Сил почти не оставалось, когда набрели на хутор.                                                                                                      Жара стояла неимоверная, а время – около трех часов дня.
«Добродушный» хозяин напоил нас водичкой, накормил и уговорил отдохнуть до вечера, пока не спадет жара. Охватившее чувство тревоги меня не покидало, но из чувства жалости к другу – согласился часок отдохнуть, и мы устроились на сеновале.                                                                                                  Спать не мог, глаза не закрывались, что-то говорило мне о плохом.                                                                                                    Через некоторое время вижу, как сарай начали окружать немцы.                                                                                                        - Рус, сдавайся!                                                                                                Оказалось, что хозяин сообщил о нас по телефону, о чем мы узнали слишком поздно…                                                                                           Винтовки без патронов.                                                                                           
У распахнутой двери – стоят автоматчики.                                                                                         
И повела нас дорога на запад…                                                                                                                                                 
   Лагерь – другой – третий… С другом нас разлучили, а меня, как специалиста по слесарному делу, направили на завод к мастеру по
фамилии - Шварц, что означает по ихнему - черный, но он оказался
добрым человеком. Нас кормили неважно. Шварц умудрялся передать
мне кусок хлеба, а иногда и свой паек, когда отлучался охранник, и не
было ни кого из посторонних, а на глазах у людей и охраны - держал "фасон" - делал строгий вид.
По слухам мы знали, что творится в мире, и на производстве стремились нанести вред, чтобы приблизить нашу победу и портили продукцию как могли. При обнаружении вредительства люди исчезали бесследно. Взяли
и меня. Там и выкололи мне вот этот номер, смотри - клеймо, как на корове. До конца моих дней сохранится №34036 из Бухенвальда.

     Вскоре с востока начали приближаться звуки раскатов нашей артиллерии, на счет нее мы чуткие были. Росла надежда.

     Скоро конец войне. Мучил вопрос: Что будет с нами?

     Нас строят в колонну и ... снова на запад...

     Ноги не идут на запад коль душа рвется на восток.

     В Германии лесов, таких как у нас, я не видел, но садов и посадок много.

     Повели под вечер, чтоб самолеты нас не обнаружили. Меж собой договорились мы втроем - рвануть в посадку, после того, как стемнеет. Собак у конвоя в тот раз не было, да и конвой одни старики - не побегут. Бог даст убежим, пусть в темноте пуляют куда хотят.

     В сумерках кинулись мы в правую сторону, там посадка была пошире, да и домов не было видно.

     Вдогонку стрельба... Кто-то еще побежали...

     В темноте вскрикнул один из наших, он постарше меня был, а с Леней - пареньком семнадцатилетним, что был из - под Смоленска, мы ушли, так и не найдя в темноте нашего товарища...

     Вскоре вышли к своим.

     После проверки в Особом отделе - дорога на родину, но не домой...

     Из огня, да в полымя, из лагерей германских, да в лагеря Коми... Эти почище немецких были.

     С Леней нас сразу разделили и спасла меня от смерти на этот раз - хорошая память.
Твердил одно и то же.

     Когда попал в плен. С кем.

     Где был. С кем бежал.

     Даты. Имена.

     Одни допросы сменялись другими. Допрашивали - днем и ночью.

     Ведут по тундре, где ни одного строения, ни одной тропы. Руки за спину.

     - Стой! - открывается люк и спускаемся вниз по лестнице.

     В бункере свет и тепло.

     - Фамилия! Имя! Как попал? С кем бежал? - Все начинается сначала...

     Память меня не подвела.

     - Веди дальше! - Это уже относится к конвойному.

     Открывается следующая дверь и снова те же вопросы, но у нового следователя:

     - Фамилия!...

   
     После этого кошмара направили  меня на строительство мостов в Игарку.
         
     Работал прорабом, но от нервов или простуды, а может и от всего пережитого – парализовало,
   
     Думал - конец!
           
     Нашлась добрая душа, что направила меня самолетом в Красноярский госпиталь.
   
     Лежал как кукла, не двигаться, ни говорить не мог. Спасибо доктору – поднял на ноги, правда не сразу, сначала потихоньку стал шевелиться, затем на постели без посторонней помощи начал подниматься…

     Мало помалу научился с кашей справляться, только потом научил он меня разговаривать.
     
     Был как малый ребенок. Несу ложку ко рту, а в рот не попадаю… Когда в рот, а чаще – мимо, да на колени.

      Начал осиливать и эту трудность, а язык всене говорит, все мычит: Мы – мы…
         
      Все вижу и слышу, а сказать не могу.

      Доктор наш обычно во время завтрака обход делал и в тот день, как всегда, вошел в палату, со всеми побеседовал и сел справа от меня на кровать, а я «работаю» с кашей.

      -  Молодец,  управляешься, а завтра ты у меня будешь разговаривать! – потрепал по
плечу и ушел, задев самые больные струны моей души.

      Из глаз покатились слезинки…
                                                                                                                                             
      Сегодня не говорю, а может ли быть такое, что завтра смогу разговаривать? Велика вера в доктора, но что  будет завтра?                                                                                                                                               
                                                                                                                                                   
      Будь что будет! Всему свое время.                                                                           
                                                                                                                                   
      Уснуть не могу.                                                                                             
                                                                                                                                                   
      В сильном волнении и муках провел всю ночь.
                                                                                                                                 
      Переживал прошлое и думал о завтрашнем дне: Утром буду говорить…   Как это может случиться?                                                                                                                                                         
                                                                                                                                     
      Язык сегодня словно бревно, а завтра он что – мягче станет и начнет шевелиться?

      Наступал долгий рассвет.

      Сердце бьется тревожней, но в палате все как всегда…                                                                                                           

      Зашевелились и тихо разговаривают товарищи по  палате.                                                                                                         
                                                                                                                                             
      Нянечка всем раздала кашу.                                                                                                                                 
                                                           
      С великим трудом поднялся, поставил тарелку на колени и начал ковырять ложкой…                                                                                                         
                                                                                                                                         
      В палату вошел доктор, но в мою сторону даже не глянул и я с затаенной обидой слежу за ним…                                                                                                           
                                                                                                                                               
      Закончив обход больных, он подсел на мою кровать, положил руку на плечо и молча  смотрит на мои муки.                                                                                                                               
                                                                       
      - Ну, как, Яша, кашка? – спросил неожиданно.                                                                                                                                                                                                                                                                                             
                                                                                                                                                 
      В ответ я со злостью прокаркал как ворон:                                                                                                                                           
                                                                                                                                                   
      - Хор – р – ро – шая!
                                                                                                                                           
      Он вновь потрепал меня по плечу и  сказал:
                                                                                                                                             
      - Ну, вот и заговорил! Почему мне не верил?
                                                                                                                                             
      Ты что думаешь, в Кремле дураков держат?
                                                                                                                                               
      На радости я не понял его слов, но запомнил.

   Выздоравливание затянулось еще на полгода. Мы с доктором подружились, и он рассказал свою историю:
           
      -Был заведующим аптекой московского Кремля.

      Однажды, приходит главврач кремлевской поликлиники доктор Левин и просит дать яд без рецепта и каких либо документов. Я не дал. Приходит в другой раз, встречается в третий… Не отстает!

      Увидев мои колебания – начал настаивать еще больше.

      Главный врач носил обеды «самому хозяину», а в Кремле его боялись и не любили – этот факт, наверное, и вам известен. Решился. Дал.

      На утро срочно вызывают в Кремль.

      Я был не только заведующим аптекой, но и хирургом.

      На столе труп Валериана Куйбышева.

      Вокруг: члены Комиссии. Рядом – Комендант охраны Кремля Ягода, он отвечал и за
охрану Сталина.

      - Приступай! – Вскрываю грудь, живот – все, что положено по регламенту.
         
      Осмотр закончен…
         
      Пишу заключение: В связи с тем -  то  и тем – то, и так далее…
         
      - Закончил? – спрашивает комендант Кремля.
         
      - Да.
         
      - Дай-ка скальпель.- Никто из кремлевских не знал, что комендант Кремля был еще и классным хирургом.

      Он берет скальпель, вскрывает почки и взяв чайную ложечку – набирает из них жидкости и протягивает мне:

      - На выпей!
         
      - Да вы что?
           
      - Ты знаешь что здесь?
     
      - Да.
   
      - Пошли!
                                                                                                                       
      Дали мне десять лет лагерей и поселение… Главного расстреляли.                                                                           
                                                                                                                                               
      Теперь вас доходяг на ноги ставлю.- Сказал он задумчиво.

      Спасибо доктору, поднял меня на ноги, спасибо ему.                                                                                                                             
                                                                                                                 
      Дали мне группу. Я мог работать. Я живу!                                                                                                                 

      Теперь, снова отказывает правая половина…
                                                                                                                                 
      - На, вот посмотри, кто это! – говорит он протягивая фото могучего, бравого лейтенанта в довоенной форме.                                                                                                                                   
                                                                                                                                             
      - Как я могу его знать.- Отвечаю невпопад, плененный его рассказами, живой историей недалекого прошлого, переплетением людских судеб.                                                                                                                         
                                                                                             
      Вот он, перед тобой, этот человек. – Сказал мой  собеседник, неловко повернувшись и доверчиво улыбаясь.                                                                                                                             
                                                                                                                                             
      В последний раз, встретил его на улице райцентра, потом долго, с  огромной горечью, смотрел ему в след, как он шел с повисшей плетью рукой, упрямо волоча негнущуюся правую ногу, словно, неся за своей спиной непосильную кладь своей нелегкой судьбы.
                                                                                                                                           
      Он уходил искать поддержки у районного руководства, чтоб помогли перебраться из села Белоногово в райцентр, поближе к больнице, чувствуя в ней большую необходимость. Но сытый голодного не разумеет.                                                                                                                       
                                                                                                                           
      Помощи он не получил.                                                                                                                     
                                                                                                                                 
      Яков Васильевич, низкий поклон тебе, воин и труженик нелегкой судьбы и вечная тебе память!                                                                                                                                 
                                                                                                                           
      Тебя я прекрасно понимал еще тогда, но помочь ни чем не мог. Ныне мое состояние здоровья точно таково. Тогда я понимал, а ныне испытываю то же самое.                                                                                                                                 
                                                                                                                             
      Подтверждение его рассказа я искал много лет во многих источниках и нашел, где бы вы думали? В мемуарах Троцкого!

      Я не упомянул фамилий кремлевских сотрудников, но они звучали в рассказе Якова Семочкина, и я был в шоке встретив их вновь в упомянутых мемуарах, удивляясь памяти и точности повествования моего собеседника.

      Семочкин не нашел сочувствия в кабинетах партократии в советское время.

      Теперь многое изменилось, но под новой вывеской сидят прежние люди – новые демократы.

                                                                                       
                                                                                                                                                 
© Copyright: Федор Головин, 2009
Свидетельство о публикации №2910100334

http://proza.ru/2009/10/10/334

***Приношу извинения,
отформатировать текст не удалось,
фигня какая-то! :((

Отредактировано Катя (20-03-2010 18:28:51)

0

11

Если я в окопе от страха не умру,

Если русский снайпер мне не сделает дыру,

Если я сам не сдамся в плен,

То будем вновь

Крутить любовь

Под фонарем

С тобой вдвоем,

Моя Лили Марлен…

0

12

Арон Шнеер Плен.
Очень ценная книга!
Челюсть отваливается от ужаса
и совершенно не известных фактов.

0

13

Катя написал(а):

Арон Шнеер Плен.
Очень ценная книга!
Челюсть отваливается от ужаса
и совершенно не известных фактов.

Читал прямо с утра. Интересно, очень интересно. Спасибо.
Сегодня в полдень вдруг узнал о Яковлеве Н.Н. и его книге "Последняя война России" , прошу простить за оф топ, но мне очень понравилась эта работа. Прочитал в бумаге, ссылку в интернете не искал. Но всем советую прочитать.

0

14

"Великий полководец" Конев получил в Ростове
командование 19-й Армией, сформированной СКВО
и укомплектованной уроженцами Дона, Кубани и
Ставрополья.
10 октября 1941 года под Вязьмой
19-я Армия перестала существовать.
О судьбе выживших  после сражения рассказывают
вяземцы на своём форуме (читать)
Ужасна судьба воинов в плену,
горька участь их праха в родной земле...

0

15

http://www.obd-memorial.ru/221/Memorial/SVS/001/058-0977520-1511/00000054.jpg

=========================
То есть, понимать надо, евреев и комиссаров сразу
на месте не расстреливали?
Все учитывались и записывались, был человек --
была и бумажка. Нет человека -- ищи  бумажку.

Отредактировано Катя (28-04-2011 00:27:57)

0

16

При этом и Советский Союз, и фашистская Германия
с самого начала войны фактически отказались от
исполнения требований всех международных
конвенций о военнопленных.

Ложь. СССР обращался с немецкими пленными настолько гуманно, насколько было возможно.

http://tarkhil.livejournal.com/745822.html

0

17

Защитники Севастополя, погибшие в плену.

http://project-nomad.ru/main.php?g2_view=core.DownloadItem&g2_itemId=48990&g2_serialNumber=3

Латуха Андрей Алексеевич

==============

http://project-nomad.ru/main.php?g2_view=core.DownloadItem&g2_itemId=38604&g2_serialNumber=3
Гуськов Василий Федорович

========================

http://project-nomad.ru/main.php?g2_view=core.DownloadItem&g2_itemId=37002&g2_serialNumber=8
Гончарюк Михаил Сергеевич

=============================
http://project-nomad.ru/main.php?g2_view=core.DownloadItem&g2_itemId=38602&g2_serialNumber=6

Гудовский Иосиф Иосифович

0

18

http://www.obd-memorial.ru/221/Memorial/SVS/004/058-0977521-2217/00000082.jpg

http://www.obd-memorial.ru/221/Memorial/SVS/004/058-0977521-2217/00000083.jpg

Багдасарян Согомон Карапетович 20.08.1905 года рождения, уроженец села Илашалань, которое находится где-то вблизи современного армянского города Аштарак. Девичья фамилия матери – Григорян (Григорьян). Православный. Армянин. Крестьянин. Красноармеец, военнослужащий одного из стрелковых полков Красной Армии, но номер полка разобрать не могу. Вроде бы читается как 874-й, но такой номер исключён, поскольку 874-й сп входил в состав 282-я сд (2 ф), которая вела бои на Северо-Западном фронте. Пленён 9 мая 1942 года в Крыму. На момент пленения ранений и увечий не имел.
Рост – 1,62 см. Цвет волос – брюнет.
Первоначально содержался в лагере шталаг-6Ф (Stalag VI F), находившемся в немецком населённом пункте Бохольт (ныне - в составе федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия ФРГ). Присвоенный здесь лагерный номер – «44206».
23 июля-8 августа 1942 года – узник шталага-6К (Stalag VI K; он же - 326), находившегося в немецком населённом пункте Зенне (он же – Форелькруг; ныне - Шлосс Хольте-Штукенброк федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия ФРГ).
8 августа 1942-20 декабря 1943 гг. – узник шталага-6Г (Stalag VI G), находившегося в немецком населённом пункте Бонн-Дуйсдорф (ныне - в составе федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия ФРГ).
С 20 декабря 1943 года – вновь узник шталага-6К (Stalag VI K; он же - 326).
Неоднократно привлекался к рабскому труду в составе рабочих команд:
- 12 августа 1942-17 марта 1943 гг. – в составе рабочей команды № 260;
- 2-7 апреля 1943 года – в некоем населённом пункте Амольдв(дальше – неразборчиво);
7 апреля-17 ноября 1943 года – в составе рабочей команды № 77.
Как выполнявший работы вне стен лагеря был проинструктирован о категорическом запрете в отношении каких-либо контактов неарийцев с немецкими женщинами.
Дважды находился на госпитализации в лагерном лазарете:
- 17 марта-2 апреля 1943 года. Диагноз: «Аритмия»;
- с 27 ноября 1943 года. Диагноз: «Туберкулёз лёгких». Данное заболевание у больного было диагностировано 10 января 1944 года.
Умер 8 января 1944 года в лагерном лазарете шталага-6К (он же – 326). Смерть, как надо понимать, наступила от туберкулёза лёгких…

0

19

Донской казак.
Из Красного Сулина.

http://s009.radikal.ru/i310/1011/ed/a47f1a090e20.jpg

http://s016.radikal.ru/i337/1011/07/e9ebdff8963b.jpg
Взят в плен под Керчью в мае 1942 года.
Направлен в лагерь №360  под Ровно, потом -- в Рейх.
Умер в плену 25 марта 1944 года.
Место захоронения Дюссельдорф-Герресхайм
Могила: ряд 4, могила 311

Помянём благодарственно казака-краснофлотца в День Победы!

Отредактировано Катя (27-04-2011 14:50:22)

0

20

Я там жил 10 лет

Часто бываю там проездом.

Кстати, в районе Хаттингена (Hattingen) видел  большое кладбище советских солдат с соответствующим памятником на входе.

0

21

большой УХ написал(а):

видел  большое кладбище советских солдат с соответствующим памятником на входе

У меня вопрос.
В карточках указываются ряд и № могилы.
Это надо понимать, что могтлы не общие,
а каждый имеет свою индивидуальную?

0

22

Катя написал(а):

Направлен в лагерь №360  под Ровно, потом -- в Рейх.

Вот воспоминания Ивана Ивановича Павленко, который тоже прошёл через этот лагерь №360 под Ровно,, а потом, после ликвидации этого "табора", был направлен
в другой -- во Владимиром-Волынским.
Воспоминания на очень милом украинском языке,
при некотором напряжении всё читается и понимается.

0

23

bis написал(а):

Мы всегда делаем пожертвования в эту службу.

У нас такой нет, или я не знаю.

0

24

О наших военнопленных спросить Сашу. Он знает почти всё!

Глубочайшего уважения заслуживает авиатор Саша.

0

25

Читать: "Плен. Жизнь и смерть." 33стр.

Содержание.
***
Олег Смыслов
ОТ АВТОРА
СОВЕТСКИЙ «ОПЫТ» ПЛЕНА ДО ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
КОНВЕНЦИИ И ГЕРМАНСКАЯ ПОЛИТИКА
КОЛИЧЕСТВО ОТВЕРЖЕННЫХ
ТРАГЕДИЯ 1941 ГОДА
ВОЕННОПЛЕННЫЙ СЫН ВОЖДЯ
ТОВАРИЩ СТАЛИН: ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ
КАК ПОПАДАЛИ В ПЛЕН
ЛАГЕРЯ ВОЕННОПЛЕННЫХ (ШТАЛАГИ, ОФЛАГИ, ДУЛАГИ)
ТРАГЕДИЯ ПЛЕНА
ЭТАПЫ СМЕРТИ
ОФИЦЕРЫ В ПЛЕНУ
ПСИХОЛОГИЯ ПЛЕНА
НА СЛУЖБЕ У ВРАГА
ПРЕДАТЕЛЬ ИЛИ ГЕРОЙ?
ГЕНЕРАЛ ВЛАСОВ (ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ)
ВТОРАЯ УДАРНАЯ И ПЛЕН
ИЗ ПЛЕНА В ПЛЕН
ЯЛТИНСКОЕ СОГЛАШЕНИЕ, СОЮЗНИКИ И ПОСЛЕДНЯЯ ОПЕРАЦИЯ
ФИЛЬТРАЦИЯ, РЕПАТРИАЦИЯ, ВОЗВРАЩЕНИЕ НА РОДИНУ И РЕАБИЛИТАЦИЯ
ВЛАСОВЩИНА И МОРАЛЬ
ПРИЛОЖЕНИЕ
СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ
1. АРХИВНЫЕ ФОНДЫ ДОКУМЕНТОВ (ОПУБЛИКОВАННЫХ И НЕОПУБЛИКОВАННЫХ)
2. БИБЛИОГРАФИЯ
3. ИНТЕРНЕТ:
ПРИЛОЖЕНИЕ

0

26

Все вопросы, включая управление лагерями для военнопленных, находящимися на территории Германии в ее довоенных границах, а также и во всей оккупированной Европе, подлежали компетенции:
а) Главного командования сухопутных войск (ОКХ) - на территориях, включавших оперативные районы, то есть зону военных действий вместе с прилегающей к ней тыловой зоной;
б) Верховного главнокомандования вооруженных сил (ОКВ) - на всех остальных территориях, то есть на территории третьего рейха, польского "генерал-губернаторства", "имперских комиссариатов" на Востоке ("Украина", "Остланд"), в Норвегии, Бельгии, оккупированной части Франции и т.д.
В течение всей войны происходило перемещение огромных масс военнопленных из оперативных районов, подчиненных ОКХ, в глубокий тыл, подчиненный ОКВ. Прием военнопленных аппаратом ОКВ от представителей аппарата ОКХ происходил в пересыльных (этапных) лагерях (дулагах), откуда военнопленных направляли в постоянно действующие лагеря для рядового и сержантского состава (шталаги) и для офицеров (офлаги).
Организация аппарата по делам военнопленных в оперативном районе с точки зрения подчиненности выглядела следующим образом:
а) верховный главнокомандующий вермахтом (Гитлер);
б) главнокомандующий сухопутными войсками (Браухич, а после его отставки - Гитлер);
в) генерал-квартирмейстер ОКХ (Вагнер);
г) командующие группами армий, командующие армиями и их начальники тылов, "начальники военнопленных" в оперативном районе, окружные коменданты по делам военнопленных и, наконец, коменданты лагерей для военнопленных.
Поименованные в пункте "г" инстанции были ответственны, прежде всего, за судьбы военнопленных в оперативных районах. Это они были исполнителями зверской политики в отношении военнопленных, запланированной в высших сферах третьего рейха, политики, следствием которой была трагическая смерть массы советских военнопленных в первый период войны.
Аппарат по делам военнопленных в системе ОКВ также имел свою организацию. Верховное главнокомандование вооруженных сил распадалось на ряд главных управлений, одним из которых было так называемое Общее управление (АВА). В свою очередь АВА делилось на три группы с семью отделами и три самостоятельных отдела вместе с многочисленными подчиненными им учреждениями. Делами военнопленных занималась ІІІ группа - Управление по делам военнопленных.
Начальником АВА и непосредственным шефом начальника Управления по делам военнопленных в течение всей войны был генерал Рейнеке. Из недр АВА вышло большинство директив и приказов, касающихся военнопленных.
Начальниками Управления по делам военнопленных были поочередно: подполковник Брейер (1939-1941), генерал Гревенитц (1942 -01.04.1944), генерал Вестгоф (01.04.1944 - 01.10.1944) и, наконец, обергруппенфюрер СС Бергер (с 01.10.1944 и до конца войны).
Управление по делам военнопленных состояло из двух отделов: общего и организационного. В отдельных секторах общего отдела были сосредоточены технические вопросы, переписка с министерством иностранных дел и учреждениями (держав-покровительниц), осуществляющими покровительство над военнопленными в немецком плену, вопросы размещения военнопленных, снабжения, оплаты и другие бытовые вопросы военнопленных, переписка с Международным Красным Крестом и почта военнопленных, отпуска, освобождение и обмен пленных. Начальником общего отдела Управления по делам военнопленных был генерал Вестгоф, а после него - полковник Ремонд.
Организационный отдел занимался планированием, учетом (статистикой), надзором, личными делами "начальников военнопленных" при военных округах, а также комендантов лагерей и их заместителей. Кроме того, к компетенции этого отдела относились вопросы транспорта, распределения на работы, оборудования лагерей и дела о побегах военнопленных. Начальником организационного отдела был полковник Вильрода.
Управление по делам военнопленных руководило лагерями через командование военных округов. Таких округов насчитывалось 21, и они охватывали не только территорию довоенной Германии, но и оккупированные страны. В штабе каждого командующего военным округом состоял высший офицер, обычно в звании генерал-майора, в ведении которого находились дела военнопленных в данном округе. Это был так называемый "начальник военнопленных". Среди нескольких офицеров, составлявших его штаб (или бюро), к наиболее влиятельным относился офицер, осуществлявший надзор за использованием труда военнопленных.
Летом 1943 г. было создано Управление генерального инспектора по делам военнопленных. Во главе этого управления был поставлен генерал Реттиг. Это новое учреждение занималось вопросами предотвращения побегов военнопленных и координации мер, направленных на максимальное использование их труда. Компетенция управления распространялась также и на оперативные районы. Генеральный инспектор подчинялся непосредственно начальнику ОКВ, инспектора лагерей для военнопленных были подчинены непосредственно начальнику АВА.
В лагерях для военнопленных (офлаги, шталаги) власть осуществлял комендант